Охота на медведя., Секретная операция Ночного Дозора. Опции

[Таша]

Часть 1

**** год от Рождества Христова.
Палаты Инквизиции.
08:59
Огромный зал был пуст. Почти – потому что присутствовало несколько человек, старающихся не привлекать много внимания к себе.
- Охранное заклинание наложено, - крепко сложенный мужчина развернулся в зал лицом, держа на цепях пару борзых, которые молча смотрели горящими глазами, следя за проходами в обоих концах помещения.
Сверху все озарялось обычным дневным светом, солнечными лучами, пробивающимися через купол. Лучи ровно падали на выложенный пол, камни, лежащие под ногами входивших, смотрелись причудливо – постепенно перетекая, словно из чистого белого цвета в серый, а потом утопая в черноте.
В зал одновременно вошли Темные и Светлые, как и положено: Адвокат и Обвинитель. Только обвиняла на этот раз Тьма – по взгляду можно было понять об уверенности в себе Темного Иного. Следом за первыми показались остальные: Темные, Светлые, Инквизиция.
Ночной Дозор, естественно, занял светлую часть залы, не боясь затоптать такую чистоту. Адвокат и представитель Светлых тихо о чем-то переговаривались, периодически поглядывая на оппонентов, почти кивками соглашаясь между собой.
Темные же наоборот вольготно воссели на предоставленной им скамье, созерцая какие-то шебуршания на светлой стороне, смотря высокомерно и снисходительно.
- Готовите откупную ?- обвинитель рассмеялся, вскинув рукой в сторону своего начальства. - Только не мелочитесь. За …, - договорить он не успел, в зале раздался гул шагов.
Трое в серых мантиях прошествовали на свое место, оставшееся им по цвету.
Серость. Серость как середина между белым и черным цветом, как некий баланс между Светом и Тьмой.
- Собрание Трибунала считаю открытым, - властный голос прервал ненужные дебаты. - Если у вас есть, что сказать, скажите, когда вам дадут слово, - все трое инквизиторов одновременно опустились на скамью, балахоны скрывали комплекцию тел, капюшоны обезличивали, и лишь голос позволял догадываться о возрасте говорившего; но и это не являлось для Иного чем-то определяющим.
Трибунал начался.
- Прошу встать представителей Дозоров, - обе стороны бесшумно поднялись, внемля словам представителя Равновесия. - Рассматривается иск Дневного Дозора к Ночному. Введите обвиняемого.
Едва слова замолкли, со стороны Тьмы открылась дверь. Конвой, вооруженный магическими жезлами, сопровождал Светлого Иного. Мужчина ступал ровно, не опуская головы с выражением решимости на лице.
Троица остановилась в специально отведенном месте – заключенный попадал словно в некую сферу, окруженную незаметным куполом, сотворенным Высшими магами. Купол был произведением искусства, изобретенным Инквизицией – только служащие Равновесию Сил обучались этому заклинанию: воздух вокруг Иного превращался в анти-магическую материю, вакуум, всасывающий его способности и Силу; и именно в этом куполе отсутствовал Сумрак. Невозможно было сбежать, невозможно было уклониться от наказания.
- Дневной Дозор объявите обвинителя и предъявите претензии, - попросил Инквизитор, бывший скорее всего Младшим, так как сидел слева. Сидевший справа, возможно, тоже был Младшим, но Главный пока хранил молчание.
Темные встрепенулись на скамье.
- Обвинитель Дневного Дозора – Темный маг 3 уровня Василий Нестеров, заместитель Главы дневного Дозора этого города, - представил один из Тёмных и сел, уступая право голоса другому Иному.
- Уважаемые Инквизиторы, Дневной Дозор в моем лице обращается к вам за справедливостью, дабы навести порядок в этом городе, и устранить тот хаос, в который ввергли его Светлые – те кто должен был яростнее нас отстаивать людей, защищать их и оберегать от напастей, а так же от наших посягательств! - Темный усмехнулся и презрительно взглянул в сторону обвиняемого. - Заметьте мы не скрываем своих действий, мы напрямую обращаемся за причитающимися нам лицензиями, мы не…
- Ближе к делу, - оборвал столь длинную вступительную речь самый Главный Инквизитор. - Ваши претензии?
- Дневной Дозор обвиняет Главу Ночного Дозора г.Ведиславля в халатном отношении к своей работе, в пособничестве не зарегистрированным Темным Иным, в сокрытии улик и подозреваемых. Дневной Дозор требует принудительный запрет на магию Светлому Медведеву, его отстранение от должности Главы Ночного Дозора, а также в качестве компенсации, - обвинитель перевел дух, - в соответствии с уровнем обвиняемого… одно вмешательство первого уровня, 20 лицензий для оборотней и вампиров Дозора с распределением по нашему усмотрению, и неприкосновенность наших свидетелей, защита от посягательства на них Ночного Дозора и других Иных.
В зале воцарилась тишина. Возможно, присутствующие переводили дух, возможно – собирались с мыслями и переваривали услышанное.
- Ночному Дозору предоставляется ответное слово в защиту, - заговорил Младший Инквизитор справа. - Вам есть что сказать?
Светлые продолжали сидеть на скамье смотря на обвиняемого, своего соратника и друга.
- Есть, - это был голос самого Ивана Медведева. - Я, Светлый маг вне категорий, Глава Ночного Дозора, отказываюсь от защиты Ночного Дозора. - Иной смерил взглядом своего обвинителя. Его голос был спокоен и твёрд, каждая фраза словно выверена. - Принося клятву Силе Света, я обещаю ответить за свои преступления против людей и равновесия Сил. Я признаю претензии Дневного Дозора и принимаю их на себя. Прошу снять с меня должности Главы Дозора. Прошу разрешить мне покинуть «Купол Раскаяния» и принять наказание.
Тишина.
Лишь ощутимый всплеск энергии в Сумраке , коснувшийся реального мира морозом и сыростью.
- Благодарю, - Медведев свободно вышел на середину залы и повернулся к Инквизиторам, - Свет должен оставаться чистым, нельзя позволять другим расплачиваться за свои проступки. Тем более людям – они не виноваты, что мое счастье перебороло мой Свет. Значит, я слаб для этой Борьбы. - Светлый склонил голову. - За все надо платить.
В тишине, под взглядами, силуэт Светлого начал растворяться, постепенно стираясь. Он уходил в Сумрак, перешагивая с одного слоя на другой. Светлые сопровождали его как могли – кто до какого слоя вытерпел, но последние осилить смогли только Хранители Равновесия – удостоверившись, что это последнее пристанище заблудшей Светлой души.
- Трибунал закрыт, - всё также беспристрастно, словно бы ничего и не случилось, произнёс Главный Инквизитор. - Претензии Дневного Дозора приняты, виновные наказаны по всей строгости закона, помилование невозможно. Компенсация отклонена, - стук молотка раздался по зале, и Слуги Баланса покинули его, оставляя Иных смотреть друг на друга, и туда, где недавно стоял Иван Медведев.
- Теперь вы наши, - рассмеялся Главы Дневного Дозора и провалился в Сумрак , уводя за собой своих.

***

Наши дни.
Кабинет Главы Ночного Дозора.
05:00
Старый заводной механизм со скрипом дёрнулся, и тишину пронзило тяжёлое «Бом, бом, бом». Часы стояли в углу, рядом с широкой дверью зала заседаний. Высокие, с крупным циферблатом и длинными чёрными стрелками, они были истинным украшением кабинета Главы Ночного Дозора. Конечно, не принадлежащие к первоначальному убранству комнаты, они были завезены сюда специально по просьбе нынешней хозяйки кабинета. Однако это никоим образом не портило интерьера, скорее наоборот – подчёркивало своеобразие кабинета, заполненного всевозможными любопытными мелочами.
При первом же бое часов Светлая, опустившая лицо в руки, дёрнулась и резко вскочила из кресла. Замёрзшие пальцы выскользнули из длинных рукавов колючего свитера и замерли в причудливом сплетении.
- Бом, бом…
Таша растерянно уставилась на замолкшие часы, помотала головой и присела на столешницу, уже в который раз засмотревшись на картину на противоположной стене. Огромное изображение хищно выставившего клыки медведя не давало ей покой. Было в нём что-то притягивающее. Мастерство ли кисти художника или древняя, недоступная современным Иным, магия. А может – и то, и другое? Сколько часов уже потратила Глава на изучении картины? Сколько всего ещё предстоит? Медвежья тематика во всём убранстве дома, дыхание зверя, которое чувствовалось в каждом бревне и гвозде – всё это неспроста. И не может быть эта картина обычным украшением. Она должна нести что-то… Таша ломала голову уже которую ночь. Но ни магические, ни физические воздействия ничем не помогали, и порой казалось, что зверь на картине не скалится, а зло ухмыляется, наблюдая за потугами молодой Главы.
Светлая сощурилась, решительно метнулась к картине и, вцепившись в торец рамы, принялась аккуратно тянуть её на себя. Потом, как уже сотню раз до этого, чутко пробежалась подушечками пальцев по неровному от слоёв краски полотну. Ничего. Ни скрипа, ни щёлчка.
Обходя кабинет по периметру, она тянула и толкала подсвечники, двигала предметы, вытягивала паклю из отверстий меж брёвен. Затем повернулась к столу и, перерыв ящики, нашла на дне последнего стальной кинжал. Холодный отблеск стали коснулся лица, и девушка незамедлительно вернулась к картине.
Тонкий клинок легко вошёл в узкую щель между стеной и картиной. Таша упёрлась левой рукой в бревно, правой потянула удобную ручку кинжала на себя. Треск, тонкий звон. Под напором силы лезвие выскользнуло из ладони и сорвалось в сторону. Брызнула кровь. Таша отшатнулась от картины, выронила кинжал и крепко зажала ладонью левое предплечье.
Тёмно алые капли, попавшие на лохматую шкуру нарисованного зверя, впитались в полотно. Захрипел, зарычал обезумевший от крови хищник. С тонким скрипом отошла в сторону картина, обнажая выдолбленное в огромном бревне углубление.
Таша заворожено наблюдала за происходящим. Позабыв о кровоточащей ране, она ступила ближе. Небольшая стопка сложенных бумаг, перетянутых лыковой верёвкой. С трепетом волшебница потянулась к бумагам, развязала ленты и углубилась в изучение содержания.
Непривычные старые слова складывались в затейливые тексты, а прочитанные листы летели на пол, образуя у ног чародейки полукруг. Наконец Светлая отпустила последний лист и подняла взор к тайнику. Её внимание привлёк большой вытянутый предмет. Позабыв обо всех предосторожностях, чародейка протянула руку…

***

Кто-то нещадно барабанил в дверь. Голос неизвестного, рвавшегося в кабинет Главы, тонул в тысяче других, разрывавших голову на части. Таша открыла глаза и попыталась оттолкнуться руками от пола. Перед глазами поплыло, а кости конечностей словно бы были сломаны в нескольких местах. О позвоночнике было страшно и подумать – казалось, вместо него остались лишь осколки. Упав на спину, Светлая округлившимися от ужаса глазами смотрела в потолок с чёткими следами когтей на сухом дереве. Секунду, две, она напряжённо вспоминала, что произошло. Но последнее, что услужливо подбрасывала память, было воспоминание о крупном клыке на серебряной цепочке, который она вытянула из тайника…
Чародейка поднесла к самому лицу правую руку. Пальцы обвивала та самая цепочка с зубом зверя. Наконец любопытство взяло верх, и схватившись за столешницу, Таша подтянулась и села. Увиденное заставило её вскрикнуть. Дверь в кабинет наконец поддалась, но Светлая так и не увидела лица ворвавшегося. Глаза затмила алая пелена…

***

Данила уже пять минут тарабанил в двери Главы Ночного Дозора. Конечно, можно было миновать их в Сумраке, но все таки - это кабинет Главы, а значит он «закрыт» от лишних посещений, поэтому входить в него приходиться по-человечески, обычным способом.
Дубовая дверь никак не желала поддаваться натиску ударов, лишь гулкие удары как эхо разносились по коридору родного уже здания Дозора.
- Свет! - ругался Иной, вслушиваясь в доносившееся звуки из-за двери, - ……! - исконно русские выражения начали преобладать в лексиконе инкуба, когда вновь послышался звук чего то падающего.
Зажмурив глаза Светлый попытался просканировать помещение: тонкие белые нити потянулись от него через Сумрак к двери, протискиваясь через всевозможные щели, ища новые и новые лазейки, но… но едва кончалось дерево все упиралось в невидимую стену, которая просто блокировала любую попытку сканирования с желанием посмотреть и проникнуть дальше.
- ТАША! - он наконец-то повысил голос, не боясь разбудить этим весь город и то небольшое количество жителей, что тут было.
Ответа из-за двери не было, в коридоре Дозора не было ни души, лишь удары его рук в дверь отдавались эхом. Иногда Светлый просто пинал дверь, окончательно выходя из себя от неопределенности происходящего. Дан просто метался в поисках подручных средств, но то, что попадалось ему на глаза мало подходило для таранного орудия – тем более дубовые двери славились своей прочностью. Самым странным было, что за все это время Светлый не посадил ни одной занозы себе, а значит, дверь была специально обработана чем-то, что помогало выстоять перед натиском силы.
- Против лома нет приема! - со злостью процедил Данила, вытаскивая из кладовой инструмент, увесистый и заостренный внизу, сделанный то ли из обыкновенного железа, то ли из чугуна.
Острие лома вонзилось в небольшой зазор между дверью и косяком, с треском разнося по коридору каждое усилие, выламывая дверь, срывая ее с петель.
Оглушительный грохот по всему зданию.
- Таша!
Светлый буквально ворвался в кабинет Главы, мотая головой в попытке оценить ситуацию и происходящее, но то, что предстало его глазам мало укладывалось в любые объяснения. Он определенно ожидал увидеть Ташу, чародейку Ночного Дозора и своего Наставника, вместо этого же Данила застал бардак, разбросанные бумаги и разъяренного зверя посреди комнаты.
Медведь.
Бурый медведь, каких в его краях водилось не мало, это не было для него диковинкой или чудом, но бурый медведь в кабинете Главы Ночного Дозора?!
- Какого…! - инкуб пытался выругаться и сообразить, откуда тут зверь и где Наставница.
Первая мысль, которая пришла бы в голову любому на месте Данилы – защита, или скорее рефлекс, вырабатываемый организмом – защититься и выжить. Светлого окутал магический барьер – в Сумраке можно было рассмотреть тонкие белые нити, тянущиеся от пола вверх, и сходящиеся в одном месте, как купол. Сила пульсировала, заставляя нити извиваться и изгибаться. Взметнув руки перед собой, Данила выплеснул энергетический шар наспех сформировавшийся в его ладонях: ярко горящая сфера зависла над головой зверя, привлекая его внимание. Тонкие отростки, как щупальца, потянулись к полу, впиваясь в него и, кажется, пробиваясь дальше, выискивая и цепляясь за Силовые линии под зданием, на которых держится вся защита Ночного Дозора.
- Оборотень? Перевертыш?- Дан пытался размышлять трезво, насколько позволяла ситуация, но объяснения он не находил, - Свет! - прямо на его глазах медведь массивными лапами разрывал магические оковы, как обыкновенные атласные ленточки. Светлый напрягся, собирая всю возможную энергию, выходя на свой предел, пытаясь снова охватить зверя заклинанием и удержать на месте.
- Да где же Таша?! - он пытался ментально достучатся до нее, пытался хоть как-то ощутить Наставника, но все было тщетно, и это пугало его гораздо больше. Ему уже казалось, что его Силы иссякают в этой борьбе. Зверь, определенно, был очень силен и даже умен – он не нападал, а лишь сопротивлялся, - Смогу ли я удержать его один?- инкуб вырывал из себя энергию, окутывая медведя больше и больше. Его собственный купол защиты постоянно таял, почти пропадая и оставляя его без защиты, - Дав! - голос Дана разорвал пространство кабинета.
«Свет, один я его не удержу!»- промелькнула мысль вспышкой, как раз перед тем, как Светлый рухнул на пол от легкого головокружения. Силы иссякли, но он продолжал попытки. Кажется, комната поплыла перед глазами, изменяясь в очертаниях и превращая зверя в большое темное пятно, окруженное какими-то белыми вспышками.
Инкуб тряхнул головой – все еще не обстриженные волосы закрыли весь обзор.
- …! - с горла сорвалось, что-то похожее на рык, и Данила с неимоверными усилиями начал подниматься. Несмотря на круги перед глазами и ощущение, что его тело вот-вот лопнет от перенапряжения, он искал в себе остатки Силы. Его ладони уперлись в холодный деревянный пол, и на дрожащих руках тело постепенно поднималось, сантиметр за сантиметром. Казалось, что больше невозможно просто уже выжать из себя ничего. Лишь крупицы Силы, как капли из опустевшего сосуда, но… внезапно – словно холодный ветреный порыв сквозь тонкую оболочку тела, швыряющий почти бессознательного Иного на какое-то мгновение в Сумрак, в серость и сырость того мира, но возвращающий его обратно – в мир звуков и красок.
- Свет! - Дан приоткрыл глаза, приходя в себя, чувствую удары адреналина в висках. Зверь уже стоял к нему спиной, облокачиваясь лапами на стену и оставляя на ней полосы от когтей. За его фигурой маячила какая-то черная дыра.
- Тайный ход! - быстрая мысль пронеслась и померкла в сознании.
Светлый сгруппировался, рискуя попасть под удар тяжёлый лапы, обогнул зверя, скатился в тёмную дыру и отключился, уткнувшись носом в холодный пол.
Зверь в бессильной ярости ломанулся в узкий лаз, но даже не сумел задеть когтистой лапой тело Светлого. По офису пронёсся возмущённый рык. Медведь закружился по комнате, натыкаясь на мебель и круша её в щепки, сминая в гармошку ковры. Лапа тяжело упала на тонкую поверхность окна и пробила стекло. Зверь завыл от боли и, наконец сориентировавшись в незнакомом помещении, метнулся к раскуроченной двери кабинета. Теряя клочья шерсти и ломая хрупкие резные перила, он скатился по лестнице на первый этаж, лихо ввалился сразу на второй слой сумрака и поспешил убраться прочь.
В офисе Ночного Дозора воцарилась гнетущая тишина.

***

Марья проснулась, едва восток успел просветлеть. Несколько минут она провалялась в одеялах, потягиваясь всем телом, но затем тихо столкнула ворох с кровати и как была – в длинной спальной рубахе и босиком – подбежала к оконцу. Конечно, ещё было слишком рано – солнце едва-едва показывало свои лучи, и только начало слышаться наперебой пение петухов по всей деревни. Но девичье сердце уже было готово выпрыгнуть из груди. Марья протанцевала к массивному шкафу, выдвинула ящик и лучезарно улыбнулась. На дне виднелась белоснежная стопка вышитых рушников – с цветами, растениями, петухами, медведями и подобной атрибутикой, подходящей для украшения. Каждый гость должен был быть одарен сегодня рушником, вышитым ею самой. Конечно, Марья не всё сделала сама - помогала матушка, тётки и сёстры, но красоты они от того не теряли.
Девушка зябко потёрла плечи и метнулась к праздничному одеянию. Подъюбник, длинная рубаха с кружевными рукавами, яркое платье. Она пробежалась тонкими пальцами по бусинам на кокошнике, протанцевав к тумбочке, уселась на скамью перед зеркалом и взялась медленно расплетать длинную тяжёлую косу светло-русых волос.
За окном послышалось мычание коров и брань старого пастуха. И почему-то девушка невольно рассмеялась – сегодня даже грубый голос Василия заставлял её радоваться жизни.
Вдруг в комнату ворвалась растрёпанная Катерина – младшая дочь.
- Сваты, сваты! Ванька твой едет! - прокричала она своим мелодичным детским голоском.
И впрямь, где-то вдали послышалось позвякивание бубенцов и конский топот. Сердце в груди у Марьи застучало сильнее. Наспех прикрыв голову платком, она метнулась в красный уголок и пробормотала «отче наш». Катерина скользнула сзади – отправила юбку, перевязала пояс – и вдруг сквозь радостные слёзы тоненько затянула:

Не красна ли в поли вишня,
Да ещё таво краснея,
Уж мы пива наварили,
Зилёныва накурили,
Уж мы Марью нарядили,
За дубов стол посадили,
Шалкавой фатой накрыли.

***

Кабинет Главы Ночного Дозора.
05:30
Данила начал приходить в себя. Легкое головокружение не давало полностью оценить обстановку вокруг. Он поднял голову, превозмогая себя, выполз из укрытия, спасшего ему жизнь, и оказался в помещении, бывшее когда-то кабинетом Главы Ночного Дозора.
Разбросанные бумаги.
Разбитое стекло.
Исцарапанные стены.
Все кружило вокруг и меня лось местами.
- Свет! - Дан дотянулся рукой до лба и вытер холодный пот; его трясло, тело пронзалось, словно разрядами электричества, снова и снова. Он попытался оттолкнуться от пола и сесть, вышло все не так как ожидалось, он лишь приложил немного магических усилий, а вместо этого его почти отбросило к противоположной стене.
- … за ногу! - пробормотал Светлый, оседая вниз и не понимая немного своих ощущений. Очень смахивало на то, что он чуть переборщил в усилиях, но при этом не чувствовал опустошения, - Странно!
Сидел Светлый на каких-то бумагах и сжимал их в кулаки, сминая.
Неожиданно послышался голос:
- Вот так всегда... Стоит отойти больше чем на километр от офиса обязательно что-нибудь происходит... - Волкодав вышагнул из Сумрака вместе с запахами ночной тайги и легкого перегара.
-Я только взял след одного огромного волчары и ...я не понял, что здесь творится?.. твою... Дан, эй парень! - опер стал трясти дозорного так, что у другого на его месте отвалилась бы голова.
- Что за погром? Где Таша? Почему тут так воняет ...медвежатиной?
В кабинет ворвался запыхавшийся Кузьма. Было ясно, что он прибежал на шум. Светлый явно не понимал, что происходит, но в беседу остальных не встревал, ожидая узнать подробности непосредственно от свидетелей событий.
Данила реагировал чуть вяло на все встряски Волкодава. В его сознании все еще крутились картины: все тот же бурый медведь, который рвет магическую сетку, белые бумаги разбросанные по полу.
- Таша?- он вопросительно уставился на Дава, - Я видел только медведя! Перевертыш? Оборотень?- Светлый сам задавался вопросами и задавал их коллеге.
Мало того, у него было какое-то странное чувство внутри – словно его распирало от Силы, которую он не знает куда деть, она внутри него бурлила и опьяняла, будоража.
Дан махом выпил всю кружку воды, принесенную Кузьмой, и тяжело вздохнул, чуть не поперхнувшись воздухом.
- Что происходит?- Данила попытался на руке воспроизвести маленький всплеск огня, но вместо этого возгорелся целый пожар, который с огромными усилиями свернулся и затух. - Да что такое?
Инкуб осмотрел кабинет Главы, обращая внимание на бумаги под собой.
Белый лист, исписанный размашистым росчерком на древнеславянском языке. Единственно, что там было понятно, так это цифры в столбик и подпись под ними: купецъ Медъведъев И.И.
Причем именно такой подчерк был на всех бумагах. За исключением одной, лежащей в самой середине комнаты - там было что-то с рисунками, напоминающими карту.
- Только кладов нам не хватало! И все-таки, где Таша???- он пытался вкратце передать то, что видел. - Захожу в Дозор, слышу шум из кабинета, ну и давай ломиться, Таши тут нет, но огромный бурый медведь. Думал, порвет, - Дан вытер пот со лба. - А как он рвал магическую сеть?..
Волкодав оставил в покое полубессознательного Данилу и, собрав с пола бумаги и нервно закурив, принялся их просматривать, не забывая посматривать сквозь Сумрак в надежде увидеть хотя бы слабый след Главы НД.
Инкуб сам начал вглядываться в бумаги на полу, ползая на четвереньках и собирая их по кругу, именно по тому самому выложенному кругу, в котором когда то увидел медведя. Горстка собиралась не маленькая в кулаке, другой рукой он все еще не выпускал подобие карты.
- Свет! - сказано это было с каким-то вздохом и предчувствием, что не все так просто.
Доползя до стены, Данила встал, и взгляд как раз уперся в тайник в стене, темное пятно из которого веяло сыростью и временем.
- Дело ясное, что дело тёмное... - до сих пор молчащий Кузьма подошёл к столу, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. - Перевёртыш или оборотень, говоришь?..
Кузьма вспомнил своего Н-ского мишку, который ему очень помог при случае.
- А может и не то, и не другое? Дан, ты наверное не помнишь, а вот Дав должен вспомнить. В Н-ске у меня был медведь, вернее шкура бурого медведя, которая лежала рядом с камином в моём коттедже, но в нужный момент мишка возрождался и мог конкурировать с оборотнями в Силе и выносливости... Подарок одной Светлой…
Волкодав кивнул головой – толи в знак согласия, толи наоборот – и перехватил взгляд Данилы. Затем резко встал, подошел к дыре в стене и одним движением вернул картину на место.
- И тут медведь…- проворчал он задумчиво. - Я уже начинаю тихо ненавидеть этого зверюгу. Судя по бумагам, которые я успел проглядеть – это либо листки бухгалтерской книги, либо... долговые расписки, и обратите внимание на фамилию этого человека. И тут б... медведь... Дан, как придешь в себя – все бумаги до одной – аналитикам. Надеюсь, у вас есть специалист по древнерусскому?.. А я, пожалуй, осмотрю помещение более подробно, - с этими словами опер засунул голову в тайник и уже оттуда донеслось... - А магией тут фонит не меньше второго уровня и, сдается мне, что находилось в этом месте что-то типа артефакта… Ну, или амулет как минимум...
- Специалиста точно придется искать, - Данила устоял на ногах, восстанавливая дыханием и кровоток в сосудах; барабанная дробь в висках наконец то улеглась. - Если не найдем в городе, придется выписывать этот кадр из столицы, в крайнем случае отправим кого-нибудь в командировку с документами. В безвыходной ситуации не останемся.
Светлый собрал с пола еще несколько бумаг.
- Думаю, скорее всего ты будешь прав, - обратился он к Волкодаву. - Расчеты тут определенно связаны с деньгами, а вот что связано с эти клочком бумаги с рисунком, - тут Данила почесал затылок, - я не возьмусь даже сейчас утверждать, что тут изображено, но однозначно, что крестики и стрелочки являются направлениями. Аналитический отдел, думаю, сумеет все это разобрать. И еще кто-нибудь видел в этом городе библиотеку или архив? Или хоть что-нибудь это напоминающее, может там что-то осталось в записях?
Не дожидаясь ответа от коллег Данила, осторожно сложил бумаги стопочкой, одну на другую, разглаживая помятые поверхности.
- Аналитикам, - беззвучно призвал Дан, мысленно отправляя призыв сотрудникам Аналитического отдела, - срочно появиться в родном кабинете. И, если есть желающие помочь, тоже ждем, - Светлый надеялся, что его услышат все, город хоть и с причудами, но ментальную связь не блокирует. - Дело не терпит отлагательств.
И уже вслух, бурча под нос.
- Иначе огребемся с этим зоопарком, - направлялся Данила как раз к порогу, развороченному ломом. - Если что, аналитики в Аналитическом, - и вышел , удаляясь быстрыми шагами под легкой тяжестью бумаг.
- Ночь на дворе, - сделал заключение Кузьма, отводя взгляд от окна. Он, вероятно, долго стоял задумавшись, так как Дана уже не было в комнате. - Постараюсь разведать обстановку в городе....
- Погоди, Кузьма! - Волкодав резко вынырнул из сейфа, при это смачно ударившись затылком... - Етить!!!
Светлый потер ушибленное место, где назревала аппетитная шишка и, достав измятую пачку, закурил.
- Таша тут явно была, причем недавно, затем ее след резко оборвался и ... эта скотина – откуда она?- стал рассуждать опер вслух, задумчиво созерцая комнату сквозь Сумрак.
- Вот я балда! А ведь медведи-то в Сумраке не бегают, а этот рванул аж на второй слой! Так, чем дальше в лес – тем толще партизаны... Ну, не съела же эта тварь Главу в самом деле???- Волкодав возмущённо выбросил сигарету в окно и, продолжая переговариваться, Светлые вышли.

***

Три года прошло с тех пор, как случилось венчание Ивана Медведева с Марьей. С самого первого дня молодые не чаяли души друг в друге. Нечасто случались на деревне подобные браки – девицы уходили в жёны всё чаще по расчёту да по случайному греху на сеновале. Марья была дивной хозяйкой – сготовить что, срукодельничать или гостя развлечь песней душевной, сказом невиданным. Иван же слыл прекрасным мужем – приносил в дом хлеб да соль (недаром грамоте был обучен – ростовщиком служил!), баловал любимую камушками для украшений да другими глупостями. А чтобы тронуть её рукой – даже по лихому мужицкому похмелью – да никогда! Жили они душа в душу. Что ни день – хлопот полон рот. Но хлопоты те не угнетали, несли лишь радость, увлечение.
Одна была проблема – не выходило ребёночка у Марьи, не появлялось всё наследника всё растущему богатству Медведевых. Не появлялось ребёночка, не было даже намёка.
Кричали мать с отцом, шептались товарки на ярмарке, что у Марьи, такой ладной девки (кровь с молоком!) нет ещё дитя.
Терпела она, конечно, недолго. Сначала просто по вечерам молилась в красном уголке. Потому по знахаркам да кудесницам пошла… Рассвирепел Иван Михалыч, как узнал о походах этих. Накричал на жену да ушёл в подпол на неделю. Никого к себе не пускал. Марья тогда была сама не своя – решила, что погубила мужа, запил…
Но прошло несколько дней – появился муж. Исхудалый, больной – но блистающий яркой улыбкой.
- Будешь, Марья, теперь слушать моего совета, - Иван протянул ей небольшой мешочек с пряным запахом трав. - На исходе каждой луны будешь выходить к озеру босиком, да обходить его три раза. А как закончишь дело – посыплешь ентой травкой низ живота, поводишь по кругу и скажешь: «Иван да Марья, подарите мне широко платье, сохраните дитятю, дабы к сроку плод поспел, стал наследником пострел.»… А после…- Медведев с секунду поколебался – стоит ли игра свеч?... - А после заколешь молодого пса и прольёшь кровь его себе на пуповину. Ко мне вернёшься, я тебя сохраню, уберегу.
Марья дрожащими руками приняла из рук мужа мешочек с травой и небольшой кинжал. Впервые муж так серьёзно разговаривал с ней. Чётко отразилось в памяти каждое его слово, каждое движение глаз. И видно было в этих глазах, что муж сомневается, боится, но старательно пытается не подавать виду. Но что скроется от любящих глаз жены?
Так и не узнала Марья, что подействовало – огромное желание или мужево колдовство (так про себя называла этот обряд Марья) – но не прошло и полугода, как стала она носить под сердцем ребёночка. Но женщина по зароку мужа так и продолжала ежемесячно ходить к озеру, чтобы пройтись вокруг озера, покрыть живот травкой да зарезать нового щенка – небольшая плата за такое счастье в дома. Тем более, Иван был вне себя от радости.
Одно беспокоило мужика – пастухи ежемесячно находили собачьи тела недалеко от деревни, у озера. Кто-то пустил слух, что завёлся в лесах оборотень, который вскоре перейдёт на людей. Сказками пугали детей, спешащих заглянуть на дальние грибные поляны… Но в каждой сказке есть доля правды – это пугало Ивана. Рано или поздно его маленький секрет мог стать известным людям, которым лучше и не знать об этом. Или вернее сказать – нелюдям. Тем, одним из которых Иван был тоже.

***

Аналитический отдел.
05:45
Светлая вошла в кабинет и остановилась у окна, в задумчивости глядя, как ночь постепенно теряет свои краски. Внезапно в голове ее раздался резкий оклик "Аналитикам... Всем кто может помочь..."- голос определенно принадлежал Даниле.
"Что-то случилось? Но что?.."
Откуда-то из коридора доносилось чертыханье, бурчание и кто-то вспоминал бюрократию на чем Свет стоит.
- Никогда бы не подумал, что у бюрократии такие большие корни!
Казалось, что тот, кто шел по коридору, собирал буквально все косяки, уж слишком часто доносились восклицания, ни как не похожие на древнеславянский язык.
Дверь кабинета распахнулась от одного пинка ногой, и на пороге, во всей красе возникла фигура облепленная бумажками, очень напоминающая поделки в средних классах школы из папье-маше.
Иной хотел было уже ввалиться в кабинет, но ввиду ограниченности своего обзора запнулся о тот же самый порог и влетел, так сказать, как реактивный самолет внутрь... Конечно, он бы точно встретился головой со стенкой, если бы на его пути не попался диван, и слава некоторым личностям - он был мягкий и кожаный (видимо, завезенный уже кем из нынешних дозорных).
- Фух! - вырвалось из-под всей этой груды бумаг, и показалось лицо Данилы, - Иветта, рад видеть, быстро реагируете, - он постепенно скидывал с себя бумаги и уложил их стопкой, как и должно быть. - Предстоит веселая работенка. Ты старославянский знаешь?- спросил Дан как бы невзначай. - Нет?- Улыбка расплылась по лицу Светлого. - Значит, будем учить все вместе.
- Здрасссссти, - Кэрри влетела, приветственно кивая всем присутствующим в кабинете, - прошу прощения, что перебиваю! Но я слышала требование прийти и вот – явилась!
Заметив недоуменные взгляды аналитиков, она приподняла в изумлении брови: «Или мне показалось?»
Она настороженно переводила взгляд с кипы бумаг на лица дозорных: «Это - на старославянском всё?»
Данила рассмеялся.
- То, что на лицах – это русский, чисто русский, а вот в бумагах скорее старо-старо... Я удивлен, что это вообще не пепел еще.
Светлый разложил бумаги по столу.
- Примерно в таком порядке я их собирал с пола, - Дан припоминал детали, у него в руках мелькали листы с цифрами и просто какие-то исчирканные иероглифами.
Все укладывалось в круг.
- Вот только не помню, где лежал этот лист с картой или чем-то ее напоминающей графику. В общем ситуация такая: в середине этого круга стоял бурый медведь, способный порвать наверно любое магическое препятствие и физическое запросто… так как кабинет Главы почти раскурочен, окно выбито.
Данила почесал затылок.
- Задачка не для первых классов точно, - именно так ему думалось сейчас, и он пытался усмотреть что-то в разложенных бумагах. - Мишка смотался в лес наверно, но он скорее всего перевертыш, так как в Ночной Дозор попал сквозь защиту. А, так как город недавно открыт, то вообще непонятно как он тут появился – каждый Иной тут нынче подсчитан по пальцам. И бумаги, - у него вырвалось что-то похожее на рык. - Бюрократия!!! Кругом бумаги.
Кэрри склонилась над разложенными на полу бумагами, коснулась листов рукой, задумчиво закусила губу.
- Какие странные – вроде бы и следов магии нет, но меня не покидает ощущение, что эти бумаги соприкасались с Сумраком. И даже не спрашивайте меня, как я это почувствовала... - добавила девушка, заметив удивление во взгляде Дана. - Я и сама не знаю.
Взгляд ее вновь зацепился за ровные буквицы на листах: почерк четкий, округлый, красивый... совершенно непонятный.
- Говоришь, медведь стоял в центре круга? Оставим вопрос с проникновением на попозже, но уже там, в кабинете – мог ли мишка раскидать эти бумаги? А если мог, то зачем ему это? И куда он ушел после?..
Иветта тоже подошла ближе к столу и задумчиво, склонив голову к плечу, рассматривала выложенные бумаги:
- Они именно так лежали? Похоже на магический круг…. А не может быть такого, что эти письмена, сложенные в определенном порядке и образуют его? Тем более, если в центре и стоял мишка? Только, что-то ещё должно активировать Силу…обычно в этой роли выступает кровь...
Девушка вскинула глаза на Дана:
- А ещё что-нибудь добавить можешь к своему рассказу?
- Думаю, что необходимо в первую очередь узнать всё возможное о бывшем владельце дома, - Кэрри от нетерпения притопнула, - слишком много медвежьих символов – начиная от входной ручки и заканчивая подписью на бумагах! Всюду Медведь, Медведев! Архив существует в городе? Сделать запрос Инквизитору?
- Как проник – это тоже вопрос: если бы пришел тайным ходом, то и обратно бы так ушел, а он вон через Сумрак, - Данила перевел дух и хлебнул холодной воды из графина, из горлышка. Так, словно там лимонад – при этом он еще и облизался. - Если быть точнее, то мимо меня туда попасть никто не мог, ни войти и ни выйти. Так что остается вопрос «откуда пришел медведь?», и добавляется еще один: «куда девалась Глава?». Так как выйти она оттуда не могла, - Дан призадумался, - хотя, если только черным ходом.
Светлый вздохнул тяжело.
- Запутанно все так, и какого фига тут карта, - он снова повертел бумажку в руке – такими темпами он ее скоро затискает до дыр и толку от нее будет мало.
Иветта заинтересованно потянулась к листочку, почему-то первый раз он прошел мимо ее внимания.
- Дай-ка взглянуть... - на старинной бумаге было изображено нечто походящее на план обширной постройки, слегка неровные, но в общем и целом прямые линии, квадраты комнат и полукружья башен... Каким-то образом карта передавала многоуровневость и общую масштабность строения.
- Не знаешь, что это может быть за место? Это где-то в городе, наверное. Может старая усадьба или центральное здание?
Она вернула карту Даниле и в задумчивости уставилась в окно.
Кэрри, взяв поставленный Данном графин и отхлебнув оттуда, недовольно поморщилась вкусу воды и, облокотившись о стол, заглядывая парню в глаза, вкрадчиво спросила:
- Мы будем вечно размышлять? Или же все же попытаемся что-то сделать? Тебе не хочется покидать уютный кабинет? Тогда разглядывайте пейзаж за окном! Я пошла в архив! - на последних словах голос сорвался на возмущенное шипение.
Данила немного опешил и, посмотрев на девушек, переводил взгляд с одной на другую.
- Бумаги, это пока что единственная зацепка, которая у нас имеется. Что бы это ни было, но чем быстрее мы с ними разберемся, тем будет лучше.
Светлый, кажется, разошелся не на шутку, от него так и перло какой-то позитивной энергетикой.
- Кэрри, Иветта, - хитрая улыбка заиграла на его губах, - пора браться за дело серьезно, - Дан разложил бумажки на два разных края стола, и третью стопку посередине, - думаю лучше сделать так, - одну стопку бумаг оно пододвинул Кэрри, - то, что касается цифр и упоминания имен возможно на этих бумагах, пусть и на старославянском, сопоставить с архивными данными, которые возможно сохранились среди прочей документации оставшейся в Ночном Дозоре после закрытия города. Думаю, это скорее всего среди помещений в подвале и где-то выше, - Дан глотнул еще воды с графина. - Что касается карты, то это скорее всего уже информация общегородского масштаба. Если память мне не изменяет, - про себе он тихо рассмеялся, - то на Центральной площади иметься здание напоминающее городскую Ратушу, и надеюсь там есть либо библиотека, либо архив города, где это можно поискать, - стопка документов была передвинута к Иветте.
Данила еще раз обвел девушек взглядом и придвинул к себе третью стопку с иероглифами и вздохнул.
- Придется учить старославянский и перелистывать книги по практической магии и ритуалам.
Кэрри передернуло от вида пьющего эту тёплую «гадость» Дана. Сдув чёлку, на миг показав ровный ряд зубов, она вылетела из кабинета, прихватив выделенную ей стопку бумаг. «Начну осмотр с подвала», - поджимая губы и деловито устраивая документы под мышкой, рассуждала она.
Листнув придвинутую к себе стопку, Иветта кивнула и тоже вышла из кабинета.
«Что ж, пришло время побродить по городу и осмотреться, а то, что это – я работа-дом-работа... Где там городской центр?.."

***

- Стало быть, прощай, Ваня…- молодая женщина сидела в повозке, одной рукой облокачиваясь на её край, а другой придерживая свой небольшой животик. Настолько небольшой, чтобы оставаться пока незамеченным под одеждой и уже достаточно большой для всех симптомов беременности.
Иван вздохнул, глядя на жену.
- Не прощай, а до встречи. Прости, Марья. Время пришло тяжкое. Со дня на день могут ворваться в наш дом разбойники. Неспокойно моё сердце, ох, неспокойно.
- Так поедем со мной, Ваня?
- А как же дело моё, как же должники?
- Бог простит их. Ведь счастье дороже.
Сердце Ивана разрывалось, но поддаваться эмоциям было сейчас нельзя. Сейчас всё было против несчастного ростовщика – что Светлые, что Тёмные. Нынче творилась такая неразбериха, что любая магия становилась запретной, опасной. Он не нашёл другого способа уберечь жену с ещё не рожденным дитём, кроме как сослать подальше от людей и Иных. Туда, где Марья могла бы родить и спокойно воспитать сына (или дочь? Нити вероятностей пока не давали однозначного ответа).
- Не могу я, Марья, не могу… Не забывай исполнять мой наказ, на исходе каждого месяца. Не забывай… Я скоро приеду, Марья…- Иван сорвал с уст жены горячий прощальный поцелуй, тяжело ударил ладонью по боковине повозки и глухо крикнул ямщику. - А ну, езжай!


Аналитический отдел.
08:20
Кэрри ввалилась в кабинет пропыленная, вся в застаревшей паутине, но с довольным блеском в глазах.
- Всё воду дуешь?- вопрос был обращен к Даниле, увлеченно разбирающему свою стопку документов на столе. Девушка сочувственно посмотрела на пустой графин и со вздохом опустилась на стул, - Дань, ну отвлекись на минуточку, а то я сейчас лопну от переполняющей меня информации!
Голос был просящий и ласковый, Светлая умоляюще смотрела на Данилу, ожидая его внимания. Но отвлечь ушедшего с головой в чтение аналитика, было не так-то просто, в ответ раздалось нечленораздельное мычание и Светлый, на ощупь, схватив пустой графин, попытался опять попить.
-Мдя, видно, дело пошло, - внимательно следя за действиями инкуба тихо проговорила Кэрри, незаметно шевельнув пальцами, наполняя сосуд прохладной газировкой.
Данила настолько увлекся перекладыванием листов с иероглифами на столе, что даже не заметил как влетела Кэрри.
- А? Что? Где?- его рука в очередной раз пыталась нащупать графин на столе, но ввиду такой большой занятости головы картинками и мыслями, рука почему-то промахивалась постоянно и шарила совсем в другом направлении.
Все таки поиски Светлого увенчались успехом, рука наткнулась, на какой то предмет и естественно ухватила его, рефлекторно потащив ко рту и когда уже остались считанные миллиметры в голове Дана мелькнуло подозрение, и взгляд медленно начал перемешаться с бумаг на то что он держал в руке. Но… рука траекторной линией продолжала двигаться ко рту и тащить найденное.
- Упс! - только и смог произнести Данила, когда наконец-то его глаза и губы сошлись на предмете, он осторожно проследил дальше и пришлось улыбнуться, свободной рукой он почесывал затылок.
- Я… это…- инкуб подбирал слова, непривычно попав впросак, хотя для Дана это было не трудно. Он улыбался шире продолжая держать руку Кэрри около своих губ.
Укоризненно покачав головой («Заработался малый»), девушка осторожно высвободила руку из пальцев Светлого и восстановила биение сердца, насколько это было возможным.
- Понимаешь, там, в подвале, - сбивчиво начала она, жестикулируя и захлебываясь воздухом от бурлящих эмоций, - короче, там - лаборатория!! Самая настоящая! Этот Медведев….
Она схватила графин, залпом отпила половину, икнула, перевела дух и уже спокойнее продолжила:
- Я спустилась вниз, там не подвал, вернее – подпол, но просторный и высокий, и оборудован явно по последнему слову техники того времени. Там колбы и реактивы! Девушка прервалась на секунду, снимая с чёлки паутину, мешающую смотреть.
- Я там всё облазила! - гордо сказала она. - Да не волнуйся, я аккуратно, ничего не потревожила, - успокоила она Данилу, поймав его внимательный строгий взгляд.
- Дан, я посмотрела сквозь Сумрак, - голос девушки перешёл на шепот, - он делал артефакты. И в Сумраке же я увидела те бумаги, что ты мне дал. Там ведь сразу понимаешь любой язык – что иностранный, что древний…. Это расписки! Медведев делал артефакты или зелье и отдавал их во временное пользование под долговые расписки.
Светлая привстала, оглянулась для верности и вплотную приблизив губы у уху Данилы, чуть слышно прошептала:
- Артефактов ОЧЕНЬ много, и они в городе. Их нужно найти. Пока их не нашли Темные. Она отстранилась, посмотрела в глаза Даниле и, довольная произведенным эффектом, села, откинувшись на спинку стула и, ухмыляясь, сказала, растягивая слова:
- А может и не много, это только мои предположения.
Светлый выслушал все, что сказала девушка, в голове информация раскладывалась вроде как по нужным полочкам, но вот тихий шепот Кэрри около самого уха сломал всю основу, и информация свалилась в одну кучу, перемешиваясь с разными мыслями, вытаскивая из дальних уголков сознания то, о чем он в данный момент благополучно забыл.
На весь кабинет раздалось урчание желудка, который обрадовался наконец-то, что о нем вспомнили, и начал требовать чего-нибудь вкуснее и питательнее воды из графина.
Данила встал из-за стола, сгребая свои бумаги в папку.
- Насколько я знаю, официально мы на работе, - он посмотрел в окно, где уже начинало темнеть, хоть и время не позднее еще. - А работать на пустой желудок противопоказано, держать сотрудников голодными начальник тоже не имеет права. Поэтому, - следующим движением он отрыл дверь и начал выталкивать девушку в коридор, - мы идем ужинать, и не к Никитишне, этой жадине, а в открывшееся заведение в городе.
Светлый не принимал отказа и как бы невзначай умудрился пройтись руками по Светлой.
Кэрри на манер Жихарки из старой русской сказки, упершись руками и ногами в дверной проем, а спиной в Данилу, не замечая в пылу сопротивления его шаловливых ручек, пыхтя, бормотала:
- Работать надо!..
Но мозг наконец-то переварил информацию о предполагаемой пище, и желудок с восторгом откликнулся на этот призыв. В результате Даниле пришлось прибавить шаг, что бы догнать заспешившую к выходу девушку.

***

Шла размеренно и спокойно жизнь Ивана в Ведиславле. Регулярно с гонцом он отправлял жене письма, гостинцы да увесистые мешочки с золотыми. Сам же ездить к ней не рисковал – карьера в Дозоре шла в гору. Нравы среди Иных стали полегче, но Светлый не рисковал вернуть в город жену и маленькую дочь. Слишком велика была цена за этого ребёнка. Слишком многим он рисковал в своё время и слишком многое мог потерять. И только спустя долгое время Иван, задёрганный волнениями и ненужными предчувствиями – когда каждый шорох скребущейся мыши сводит с ума – смог успокоиться. На это ушли годы.
В ответ на полные любви письма Марья писала свои. Со строками, увитыми нежностью, желанием поделиться радостью материнства. Мелким почерком она рассказывала о первой улыбке и первых слова дочери, названной в честь бабки Елизаветой. И несмотря на великое расстояние Иван практически слышал звонкий детский голос и топот маленьких ножек.
Однажды гонец принёс особенно увесистый свёрток. Иван, приказал подать в кабинет вино, расчистив весь стол от архиважных бумаг (что бывало с ним крайне редко), развернул на всю столешницу огромный лист жёсткой бумаг и ахнул.
С полотна на него смотрели огромные тёмно карие - вернее даже почти чёрные - глаза. Ловок был художник на кисть, талант был виден в каждом мазке. Иван вытер со лба проступившую испарину. Дочь совсем не походила на светловласую Марью, пошла никак не в род рыжих Медведевых. Большие глубокие глаза, светлая, будто прозрачная кожа, тёмный волос. И только кое-где каштановый отлив да взгляд – точь-в-точь бабка Лизавета – выдавал корни.
Иван встрепыхнулся и подёргал на столе деревянные счёты.
- Четырнадцать лет… - Прошептали губы. – Сколько ж можно, дочка?..
Светлый пошуршал по столу в поисках конверта. Неужели Марья ничего не прислала? Из-под картинного полотна выпал небольшой лист бумаги. Иван нагнулся и поднял его. Там было написано всего три строчки.
«Марья скончалась в ночь на 15 июля, похоронена со всеми почестями и обрядами.
Загублен десяток слуг.
Душа Лизаветы содержит беса».
Иван бросил взгляд на картину, впился в огромные глаза, наполненные какой-то нечеловеческой силой… Силой… Его сразила наповал страшная догадка. Неужто загубил?..
- Гонца сюда! - проревел он на весь дом, распахнув дубовую дверь своего кабинета. - С-с-смерд… Живо отправляйся к Лизавете! Да вези её сюда, покуда не отвесил тебе… У-у-у!.. - Медведев взвыл от осознания чего-то страшного. - Стоять!.. Подать мне повозку, сам привезу!..

***

Аналитический отдел.
10:00
- И тут все исчезли! - констатировал факт Волкодав и рухнул в ближайшее кресло. - Ну что ж, посидим подождем, надеюсь, что тут курят…
В тишине скрипнула дверь. Не замечая ничего вокруг, Иветта поморщилась от сигаретного дыма и прошла к окну, распахнула его, впуская в комнату свежее, мягкое и влажное утро.
На столе (а частью и на полу) все еще лежали раскиданные ими записи.
Иветта потянулась рукой в Сумрак, так когда-то научила ее Наставница, и вытащила оттуда книгу.
Вдруг какое-то шевеление привлекло ее внимание. В углу в одном из глубоких кресел...
Из темноты на нее внимательно смотрели зелёные глаза.
- О... привет, Волкодав…
- Новички у нас - чудо просто! - с этими словами довольная Кэрри вошла в Аналитический отдел.
- Данила не появлялся?- она обратилась к ведунье, - куда все запропастились? Бардак в Дозоре – ходим из угла в угол, а работы не видно!
Она скривила губы и достала заветную папку с листами, выданными ей Даном.
- У-ух, ну и мороз на улице – жуть, - проговорил Кузьма, закрывая за собой дверь в Аналитический отдел. - Отрадно видеть столько готовых к работе Иных.... Вот сейчас бы чем-нибудь согреться....
Светлый подошёл к чайнику и, проверив в нём наличие воды, включил в лежащий рядом помидор.
- Тока на один раз точно должно хватить… Так-с, пока чайник закипает, предлагаю обобщить информацию по делу, думаю, что Дан задерживается по важным делам, и обобщение можно сделать и без него, он не обидится. Что мы имеем, аналитики?..
Иветта по старой ученической привычке подняла было руку, чтобы высказаться, но вовремя одумалась. В конце концов она была сейчас не среди учителей, а среди равных, пусть и более опытных, коллег.
- Эмм... в общем, я не буду рассказывать о том, что произошло в кабинете Главы, поскольку сама я там не была, а те, кто был, расскажут это гораздо лучше. Скажу лишь, что в результате в руки аналитиков попали документы, взятые из тайника в кабинете Главы. Там были старинные карты и записи, сделанные еще до закрытия города. О том, что удалось расшифровать в записях, расскажут Кэрри и Данила, я же взяла на себя определить, что за местность изображена на карте и как это связано с таинственным Медведевым… Кстати, тут в Ночном Дозоре определенно переизбыток медведей на квадратный метр площади, не находите?- Иветта покосилась на изображения мишек украшавшие наличники на окнах, подлокотники кресел и даже странного механизма часы на стене, не говоря уже о Мишке-стороже и портрете в кабинете Главы... Девушка расстелила на столе старый пергаментный лист и продолжила рассказ.
- Итак, я отправилась в архив. Во-первых, городской архив оказался потрясающе интересным местом. Я даже не предполагала, что Ведиславль мог быть настолько замечательным городом, в прямом смысле слова замечательный. И меня терзают смутные сомнения, что не обошлось здесь без сильных и безбашенных Иных. Как вариант – обычные люди здесь обладали недюжинной проницательностью и чувствительностью к необычному. Хотя я бы не стала утверждать это наверняка. Но об этом позже. Главное – удалось выяснить, что это за местность изображена на карте!
Это план поместья боярышни Лизаветы Медведевой. Судя по всему нашему Светлому Медведеву она приходится кровной родственницей либо супружницей, что немаловажно, ибо!.. Ибо по городу в последнее годы перед закрытием упорно циркулировали слухи о «колдовстве» творящемся в усадьбе. Будто бы пропадали люди, приходили чужаки, в городе начался повальный мор мелкой домашней птицы. Но в то же время участились случаи спонтанных выздоровлений от тяжелых (часто неизлечимых на то время) заболеваний, резко упала смертность среди рожениц и младенцев, последние четыре года, если верить летописцу были самыми урожайными на памяти города. Так вот нашу Лизавету упорно считали ведьмой! Хроник видимо был достаточно стар и знал ее с детства, а потому в одной из книг я нашла такое вот о ней повествование:
«…пуще того лютует Лизавета-колдунья, Медведева дочь. В год **** Марья, носящая под сердцем дитя, изошла из града нашего и Лизавета, болезненная от рождения, явившись же спустя года иною, стала. Животом окрепла, нравом сильна, глазами грозна, духом могуча. И засемши в хоромах своих чудодейство творить начамши…» Так, тут дальше автор увлекся описанием напастей, павших на город от Лизаветиного колдовства. За давностью времен нас это волнует мало, важно лишь то, что следом за напастями хроник говорит и о благих ее делах. И кстати сказать, намеренно или случайно хроник называет Лизавету Иной. Я не нашла больше упоминаний об Иных в городской хронике, но тут мне кажется что-то неладно. Дозорные вполне могли и подчищать хроники время от времени, а вот эта запись – одна из последних в книге – могла остаться и "необработанной"...
Впрочем, дальше все скатывается в область домыслов и предположений. Достоверно удалось обнаружить то, что карта есть план усадьбы, что принадлежит она Лизавете Медведевой, и что с этой боярышней дело нечисто. В общем-то у меня все. Кэрри?
Иветта вопросительно посмотрела на подругу и напарницу, ожидая продолжения рассказа.
Кэрри отпила чай, предложенный Кузьмой, крякнув от неожиданной крепости напитка, стрельнула на него глазами, ничего не сказав и лишь покачав головой. И обратилась к Иветте:
- Кое-что становится понятным. Судя по останкам расположенной в подвале ЭТОГО здания алхимической лаборатории и по составу оставшихся жидкостей и предметов, источающих магию, хозяин производил артефакты и всевозможные магические зелья. Мне показалось, что в таком большом количестве они могли быть необходимы только в случае смертельной опасности, для защиты города, и это была моя первая версия, пришедшая на ум. Или же он делал их по просьбе или требованию конкретного человека, которому не мог отказать по какой-либо причине. Если дочь, не обладающая способностями Иной, узнав, какой властью и силой она может обладать с помощью магии отца, смогла манипулировать отцовскими чувствами и в конце концов потеряла контроль своим желаниям, а он осознал, какого монстра он вылепил собственными руками. Тогда понятно, почему он разрушил свою лабораторию. Это, конечно, всего лишь мои фантазии, но долговые расписки, коими являются эти бумаги… вначале Лизавете было достаточно денег? Почему именно они играют роль активирующего магического круга? А что это - так, я просто уверена! В Сумраке видно ярко светящиеся заглавные буквы на каждой из них, причём – на каждой расписке -по одной и они составляются в фразу: «ЗВЕРЬ СДЕЛАЕТ ТЕБЯ ЧЕЛОВЕКОМ». Что он имел в виду? Боюсь, что Таша невольно заняла чужое место, Медведев ждал не её…
- А что у нас с доказательной базой?.. - спросил Кузьма.
Перевертыш ухмыльнулась и бросила на стол гроздь искусно связанных между собой разноцветных камешков, какие обычно исстари матери привязывали к ручонкам младенцев – защита от дурного глаза. Вещица не отличалась от миллионов своих собратьев, разве что мягко исходящей Светлой силой, которую сразу почувствовали все в комнате.
- Я подобрала этот оберег там, внизу. И он – не для обычного дитяти, похоже, ребёнок, для которого он был сделан, был болезненным с младенчества, а судя по истертым от времени самоцветам, им пользовались очень долго, возможно, уже будучи взрослым, и амулет не иссяк! - Кэрри обвела взглядом опытных дозорных. - Это ли не довод и не повод к тщательному обследованию бывшей мастерской Светлого Иного? Тем более, для этого не нужно далеко идти, она под нами!
- Хорошо, - пробормотал Кузьма, осматривая амулет. Светлый задумался, покручивая его в руках. На несколько секунд в кабинете воцарилось молчание.
- Так-с, - Кузьма наконец-то очнулся и, положив амулет, предоставленный Кэрри, на стол, произнёс, - хорошо... Значит, что мы имеем?.. В Ведиславле жила семья неких бояр Медведевых. Медведев старший – Светлый Иной. За его родственницей, - маг посмотрел на лежащий перед ним амулет, - точнее дочерью, закрепилась дурная слава, было ли это следствием её Иной сущности или нет, установить достаточно сложно, но важно другое. Медведев-старший зачем-то создал мощное заклинание, которое пережило даже консервацию города и почему-то сработало в отношении Таши. Причём достоверно неизвестно: что на самом деле оно сделало, и каковы были цели создающего, а что самое главное – где и.о. Главы Ночного Дозора Светлая чародейка Наталья…. Сейчас есть несколько догадок по поводу произошедшего, но это всего лишь догадки. Чтобы таковые подтвердились или опроверглись, пора на работу в поле, а то уже пересидели в Аналитическом отделе. Данила сейчас занят внешней политикой Дозора, а мы направим все свои силы на поиски Таши и разгадку «тайны Медведева».
Иветта, ты уже успела побывать в архиве, можно сказать у тебя есть опыт такого рода работы, так что стоит проверить Иной архив…. В старых летописях Иных можно найти что-нибудь интересное, конкретно интересует информация о Медведевых и произошедшем тут столетия назад, а что-то здесь произошло, нутром чую…. Кэрри, тебе я предлагаю посетить лабораторию в подвале нашего офиса и ещё раз все там хорошенько осмотреть, пожалуй, составлю тебе компанию сам. Нам ещё предстоит посетить усадьбу самой Медведевой, но прежде чем туда направиться, стоит уточнить информацию. Дав с тебя крепкий тыл, не расходуй Силу понапрасну, придёшь на помощь в случае опасности…. Есть возражения по поводу всего вышесказанного?
Кузьма отставил чашку со своим любимым «божественным чифирем» и обвёл всех присутствующих взглядом.
Неуловимое движение и амулет, оставленный Светлым на столе исчез с глаз присутствующих. Кэрри виновато склонив голову, прошептала, обводя глазами Светлых: «Я возьму оберег для Мити, малыша из Н-ска, он слабенький и, видимо, тоскует по маме, совсем разболелся, а не могу его сейчас забрать – мал ещё совсем, в детдоме пока». Приняв молчание дозорных, как согласие, она повеселела и, спеша сменить тему, затараторила, направляясь к выходу из отдела и оглядываясь на Кузьму:
- Вот и чудесно, я, признаться, даже не ожидала, что ты сам захочешь осмотреть подвал. Уверяю тебя, уж если я почувствовала Светлую магию, то ты там найдешь такое!..
Девушка возбужденно жестикулировала, стремясь передать грандиозность предстоящего открытия, и с размаху налетела на закрытую дверь, недоуменно уставилась на неё, замолчав на мгновение, потерла ушибленное место и исчезла в Сумраке. Уже из-за двери послышался удаляющийся звонкий голос: «Ты, главное, осторожнее со ступеньками – крутые очень...»

***

- Лизавета!!! - голос Ивана, словно раскат грома, прокатился по пустому дому. - ЛИЗАВЕТА!
Двери тяжело раскрывались и затворялись, створки раскрытых настежь окон бились о торцы, пол ходил ходуном – защита, когда-то вложенная в здание вместе с частичкой души его хозяина теперь бушевала вместе с ним.
Лиза металась среди разбросанных книг и бумаг, чутко ощупывала шероховатые бревенчатые стены, раз за разом сканировала помещение в поисках тайника.
За дверью гремел отец.
- Лизавета! Отринь Тьму, я покажу тебе Истинный Свет! Я нашёл способ Менять!
Растопыривая длинные тонкие пальцы и расширяя и без того огромные глаза, девушка забивала кушак найденными артефактами и амулетами. Потом вдруг резко повернулась к двери и одним лишь взглядом отвела свою трёхслойную защиту.
- Подари мне его, подари мне магию, способную Менять! - она лишь шевельнула губами и без того зная, что отец прочитает все доступные ему мысли. Настоящая баталия грозила развернуться в тереме когда-то счастливого семейства.
- Ты примешь это, - в ручищах Ивана мелькнул пузырёк с ярко-голубой жидкостью. - Если ты примешь его, ты сможешь познать Свет!
- Это невозможно. А даже если возможно, это убьёт меня! - Лиза медленно двигалась назад, чтобы оказаться на более безопасном расстоянии.
- Нет-нет! Ты моя дочь. Ты единственное, что у меня есть. Это спасёт тебя от Тьмы!
- Подари мне его, - неожиданно спокойно сказала дочь.
Медведев, будто зачарованный её чёрным взглядом, протянул руку с маленьким пузырьком. Девушка поманила его пальчиком, и уже тот послушно выскользнул из руки Светлого, как вдруг…
- Нет! - Иван дёрнулся в усилии, и пузырёк снова оказался в его руке. - Ты не сможешь стать Светлой, Лиза…
- Отдай мне его, ну же! - ведьма бесновалась. Сейчас – забитая в угол собственным отцом, находясь в доме, окружённом сворой Тёмных, желающих расправиться с ней – она совершенно обезумела. - Отдай мне его, отдай!
- Прости, Лизонька…
- Чёрт бы тебя побрал!
Лизавета взметнула руки вверх, будто готовясь ударить – маг не закрылся, только прикрыл лицо рукой – но удара не последовало. Только беззвучный, скорее ощущаемый шелест сворачивающегося пространства.
Иван с глухой тоской глянул на место, где только что закрылся портал.
- Прощай, Лизонька…
За окном слышалась ругань Тёмных, по всему периметру чувствовалась всё сжимающаяся петля. Обречённо маг сел за свой огромный письменный стол и начал писать. В левой руке он сжимал амулет на серебряной цепочке – коготь, вырванный из лапы живого медведя.


Скрытое помещение Ночного Дозора (подвал).
12:00
Скрытое помещение было просторно и сумрачно. Слабый свет проникал лишь сквозь узкие щели затянутых слюдой оконец под самым потолком достаточно высокой подклети. Посредине, на добротном дубовом полу, стоял огромнейший стол, заваленный опрокинутыми пузырьками, надтреснутыми колбами, склянками и перегонными кубами, чуть в стороне – небольшая разрушенная печурка, рядом большая кадка с остатками воды и одуряющий запах разнообразных трав, сухими пучками, развешанных по бревенчатым стенам тайного схрона хозяина дома.
Кэрри во второй раз сняла охранное заклинание, переступая порог залы. Она вскинула глаза на Кузьму:
- Я убирала, оно слабенькое было, явно только на людей рассчитано, а почему-то опять возникло….
Девушка прошла вдоль стола, жестом предлагая Кузьме лично удостовериться в её словах о том, что здесь действительно делали зелья и артефакты – на чудом уцелевшем крошечном тигле лежала заготовка амулета-змеевика. Тонкие пальцы, подрагивая, едва не касались грубоватого оберега, напоминавшего изображение Медузы Горгоны.
"Пойди, болезнь, на синее море, под бел камень; как из камени не течет, не канет не кровь, ни вода, ни бело, ни красно, так бы и из сея жены не шла кровь, ни вода. Отвратися, стрела…"- медленно прочла начало заговора, мгновенно всплывшего в памяти неизвестно откуда. Испуганный взгляд метнулся на Кузьму:
- Здесь все пропитано Светлой магией, неужели ты не чувствуешь?
- Чувствую, но тут же была лаборатория Светлого Иного, причём не самого слабого в Ведиславле…. Кстати, ты заметила, что здесь очень много всяких настоек для простых людей?- Светлый, подойдя к столу, взял в руки причудливую дудочку, которая вполне могла бы сгодиться и как музыкальный инструмент, но Иной чувствовал в ней Силу. - Заклинание очень оригинальное…. Старое, таких я не встречал, но похоже, что заговор на домашних животных…. Может, чтобы стадо не потерялось, чтобы дикие звери не напали, а может и нет…. Неплохо было бы провести анализ, но это похоже не принципиально, главное – заклинания для людей. Что само по себе странно…. И Силой здесь всё не просто так пропитано…. Сила должна была раствориться или хотя бы, не так сильно фонить, столько времени прошло….
Кузьма начал сканировать помещение через Сумрак.
- Меня, признаться, удивляет не помощь Светлого Иного людям, а КОРЫСТНАЯ помощь…-Кэрри нахмурилась, рассматривая долговые расписки, которые она так и не выпустила из рук.
- Обрати внимание, - дозорная передала листы Кузьме, - он везде требует возврата артефактов после определенного срока пользования и за вознаграждение! А за настойки ставит условия о подчинении указанному им человеку, причем на достаточно долгое время, видимо, в зависимости от силы воздействия зелий. И настораживает сам вид лаборатории, её явно пытались если не уничтожить, то, по меньшей мере, зачистить, но не успели… хозяин торопился…
Девушка прошла к стене, заинтересовавшись висящим в глубокой тени, на стене, предметом. Это был боевой щит, украшенный искусно вырезанной медвежьей мордой. Зверь не был страшен, но был готов к отражению атаки, предостерегающе подняв лапу с выпущенными когтями… Его янтарные глаза, казалось, строго следили за непрошеными гостями. Кэрри чуть слышно охнула и отступила от щита, невольно прислонившись спиной к напарнику, ища защиты.
- Смотри, у него вырван коготь, - чуть слышно прошептала она, боясь оторвать взгляд от жутковатой картины, - и будто кровь запеклась на металле….
Кузьма как раз направлялся к стене со щитом, когда напарница отскочила к нему. Но интерес мага привлёк не внешний вид щита, а то, что от него исходили мощные потоки Силы: в Сумраке вся эта стена выглядела как новогодняя ёлка. Светлый подошёл вплотную к медвежьей морде и протянул руку к лапе зверя. Подушечки пальцев почувствовали жестковатый мех, и от них через всё тело прошёл как будто сильнейший разряд тока. Светлый пустил немного своей Светлой Силы на лапу. Глаза зверя затянулись дымкой, начальник УЦиК попробовал потянуть медведя за лапу, щит неожиданно легко поддался и отодвинулся, открыв в стене небольшое углубление.
- Тайник! - удивлённо воскликнула Кэрри.
Кузьма достал из тайника несколько бумаг и ещё какой-то мешочек, как оказалось полный золотых монет, что вызвало улыбку у мага. Две бумаги являлись подтверждением право обладания на дом и земли боярину Медведеву. А третья бумага была сложена вдвое, и внутри было что-то граничащее между личным дневником и предсмертной запиской. Кэрри взглянула через плечо мага на лист: текст был написан кириллицей, но читать было очень сложно. Девушка попробовала посмотреть на письмо через Сумрак, смысл она могла понимать и начала читать:

«Поистине говорят, что любовь к отпрыску делает счастливым, но это не так…. По злому року, я пропустил инициацию собственной дочери, за что расплачивался всю жизнь. Когда Лиза вернулась после смерти матери, она уже была Тёмной. Природу Силы не изменить даже Величайшим магам. Видит Бог, я искал выход и, кажется, нашёл его. Да не судьба мне была, видно, спасти душу дочери… По началу, всё было неплохо, и я даже начал подумывать, что Тьма отступила из её души, но всё было не так просто, она сделала её жадной, властолюбивой. Заметил я это случайно, наш Дозор как раз пытался выйти на след Тёмного, который делал мелкие пакости людям, и я участвовал в расследовании. Лизин след я узнал сразу, она тогда ещё совсем глупой была, и четырнадцати годков от роду ей не исполнилось, а уж пакостничала…. Вот тут-то я встал первый раз на неправильный путь. Пустить молодого стажёра по ложному следу было не трудно….
Лиза во всём мне призналась и обещала больше не использовать Силу против людей, но….
Прошло ещё несколько лет, я понемногу помогал людям: кому зелья сделал, чтобы муж не пил, кому корову вылечил и заговор поставил…. Лиза начала мне помогать, я от радости в те дни просто летал. А потом всё закончилось, когда я нашёл долговые расписки. Она не просто передавала зелья и амулеты соседям, а ещё и брала за это деньги. Зачем?..
Мне всё не давала покоя мысль о том, что она вернулась к старому, и я проверил, что происходило в последнее время в городе. Оказалось, что опять появился в городе Тёмный, наводящий пакости на людей….
Тёмные дозорные решили начать на меня охоту. Светлые охотились за Елизаветой.
Она стала неподвластна мне одному, слишком сильна…»

- Дальше текст обрывается. Очень резко – видно, за ним пришли… Получается, что долговые расписки – это дело рук Медведевой?..
- Ты же сама читала, кстати, тайник очень интересный….
Светлый внимательно осмотрел щит сквозь Сумрак и, присвистнув, сказал:
- А ведь его могут открыть только Светлые…
- И, похоже, что какой-то Тёмный пытался это опровергнуть, - Кэрри указала взглядом на вырванный коготь и окровавленную лапу.
- Наверное, ты права…. Похоже, что больше мы ничего здесь не найдём, так что нужно отправляться посвящать коллег во вновь открывшиеся обстоятельства.