Винсенту Каринти, Некромант Опции

[Винсенту]

Меня зовут Винсенту Каринти.
На вид мне 20-25 лет, я среднего роста, с темными длинными волосами.
В одежде предпочитаю темные тона.
Что же еще сказать для начала… Ах, да, я - некромант.
А теперь все по порядку.

*
Моя жизнь началась в Венгрии. И это, пожалуй все, что я знаю о своем рождении.
Я так и не узнал, что произошло в далеком прошлом, но как-то ночью настоятель одного монастыря на берегу Тисы (неподалеку от города Сольнок) услышал странный шум на улице и выглянул в окно. Лил дождь, ветер гнул деревья к земле, была гроза. Настоятелю показалось, что кто-то стоит у дверей храма, он вышел во двор, но обнаружил лишь сидящего на ступеньках крыльца ребенка, которому на вид было не больше года. Настоятель Лайош взял ребенка на руки и отнес в монастырь.
С этого, наверное, и стоит каждый раз начинать свой рассказ о рождении. Но я продолжу…
Ребенок оказался мальчиком, поэтому настоятель, поговорив с братьями, решил оставить его в монастыре. Ребенку дали имя Винсенту. А фамилию Каринти мальчик получил от настоятеля, который практически стал ему отцом.
Прошло много лет. Я рос среди монахов, будучи уверенным, что никогда не уйду из монастыря в тот мир, где моя собственная мать отказалась от меня. И мне совсем не хотелось думать о том, что ее заставили, что меня похитили или что скоро мои родители придут за мной. Я реально смотрел на жизнь. И хотел посвятить ее Богу.
Когда я понял, что я Иной? Лет в десять. Возраст мне определили визуально, а днем рождения решили считать ночь моего появления в монастыре.
Как-то на монастырский двор забежала бродячая собака. Кто-то из братьев хотел ее прогнать, но я не дал это сделать. Мне разрешили оставить собаку себе, с условием, что она будет охранять сад при храме. Естественно – я согласился. Поначалу пес дичился меня, отвыкнув доверять людям, но вскоре мы с ним уже повсюду были вместе. Правда, только на улице, в монастырь или постройки во дворе пса не пускали. Собака очень привязалась ко мне, но я все никак не мог дать ему имя. Он так и остался просто Псом.
Прошло несколько лет, Пес старел, а потом заболел и умер. Я отнес его в лес, похоронил под старым дубом.
Без Пса мне было скучно, так как мальчишек моего возраста в монастыре не было, а в город меня одного не отпускали. Через три дня после смерти собаки разразилась гроза. Я сидел на крыльце, закутавшись в плащ, и смотрел, как мокнут деревья под дождем, и думал о своем Псе, жалел, что тот не сидит сейчас рядом со мной, согревая своим телом. И внезапно я мысленно пожелал, чтобы Пес был жив. Это была вполне нормальная реакция маленького мальчика, потерявшего друга. У меня закружилась голова, в глазах потемнело, и я упал, скатившись по ступенькам на землю. Братья нашли меня чуть позже, продрогшего, мокрого и без сознания.
Я заболел. Меня терзал ужасный кашель, жуткие головные боли, постоянно болели руки и ноги, сердце то колотилось, как сумасшедшее, то наоборот, билось так медленно, что настоятель всерьез опасался, что я не переживу ночь. Прошло несколько дней, которые я помню очень плохо – я или лежал без сознания, или метался в бреду, не различая ничьих лиц. Мне снились ужасные вещи, от которых я просыпался с криком. Но потом мне стало легче. Жар отступил, потери сознания прекратились. И однажды ночью, когда брат, дежуривший у моей постели, заснул, я услышал тихий вой с улицы. Меня окатило ужасом. На мгновение мне показалось, что я сплю и вижу кошмар, но все происходило наяву. Я тихо встал с постели, стараясь не разбудить брата, вышел в коридор, спустился вниз, открыл дверь и оказался на крыльце. Чувства, которые я испытал, сложно описать словами. Но мир вдруг потемнел, звуки стали далекими и расплывчатыми, цвета смазались, стали серыми и неясными… А еще я смотрел прямо в глаза моей умершей собаки. Желтые, горящие злом глаза. Пес негромко гавкнул, завилял хвостом… Шерсть у него свалялась, висела клоками, но в остальном он остался таким же, каким я его помнил. Кроме глаз. И еще того факта, что он был мертв, и я собственноручно зарыл его под дубом. Пес прекратил вилять хвостом, когда не увидел ответной радости, он обиженно опустил голову, а мне стало очень стыдно. Я же хотел, чтобы он вернулся… Он и вернулся. А что послужило для этого причиной, сейчас не имело никакого значения.
Я шагнул вперед, опустился на колени перед Псом, обнял его за шею, чувствуя запах разложения… мои пальцы погрузились в мех, который расползался под моими прикосновениями… Пес лизнул меня в щеку, на меня дохнуло смрадом разверзнувшейся могилы, я рванулся в сторону… Мир посветлел. Я посмотрел на Пса – тот уже вновь вилял хвостом, припадая на передние лапы, словно желая поиграть. Сделав шаг к нему, я успокоился окончательно. Пес прыгал передо мной, оглушительно лаял и тянул меня за рукав. Я послушно шел за мертвой собакой. Пес привел меня к тому дереву, под которым был похоронен.
Признаюсь, тогда я вновь решил, что сплю. Пес встал на холмик и уставился на меня своими нереальными желтыми глазами, словно ожидая приказа.
- Иди обратно, Пес, - неожиданно для себя самого сказал я, - мертвым нужен покой… Я никогда не забуду тебя. Спи спокойно… Ложись.
И собака вдруг стала погружаться в землю. Постепенно, сначала лапы, потом тело… Он словно тонул в болоте. Но его глаза уже не горели желтым. Они потеряли цвет. Вскоре Пес исчез. А я, медленно переставляя ноги, поплелся обратно.
Братьям я ничего не рассказал. Мне было всего десять лет… и с наступлением утра я решил считать все сном.
Прошло довольно много времени, пол года так точно, когда я вновь столкнулся с этим ужасом.
Волки задрали нашу овцу, а настоятель вызвал охотников, которые убили волка. Охотники привезли мертвого зверя к нам в обитель, а я вдруг отчаянно пожалел, что они его застрелили. И волк открыл глаза, оскалился и вскочил. Он огромными прыжками понесся ко мне, и я испуганно захотел, чтобы он остановился. Волк встал, недоверчиво глядя на меня желтыми глазами… Я прошептал те же слова, что говорил Псу, и волк упал на землю. Мертвый. Охотники объясняли, что, возможно, волк еще был жив… Но я знал, что произошло. Я захотел – и мертвые возвращаются.
После этого случая я не стал больше скрываться и рассказал все настоятелю Лайошу. Тот выслушал меня и поразил своими словами:
- Сын мой, я должен кое-что тебе рассказать. То, что с тобой происходит, это нормально для тебя. Послушай… Ты появился в монастыре не совсем обычным способом. Бог ли отметил тебя, или это произошло какими-то другими путями – то мне не ведомо. Одно я знаю – ты не дьявол и не одержим бесами. Есть такие люди, как ты… В городах… Они обладают странными силами, среди них есть и плохие, и хорошие, они называют себя Иными. Я сам… - Лайош закусил губу, протянул руку к ключу, лежащему на столе – и ключ внезапно оказался лежащим у него на ладони, - я сам слегка Иной. Я не изучал магию, не желал иметь никаких дел с этими Иными… Но изменить себя я уже не могу. И ты тоже Иной, видимо. Я мог бы догадаться об этом и раньше, ведь ты мало болел, твои раны быстро заживали… Так и у меня. Знаешь, сколько мне лет?
Я помотал головой, глядя на черные волосы настоятеля и такую же черную бороду.
- Девяносто. Я не старею. Ну, или очень медленно старею. Эх, Винсенту… Я должен был рассказать тебе все это уже давно.
- Отец…
Он прижал меня к себе, погладил по голове:
- Только тебе решать, что делать дальше, Винсенту.
И я решил. Я остался в монастыре до шестнадцати лет. Все эти годы я жил, зная, что не такой, как мои братья. Больше я не подходил к мертвым, чтобы никогда уже не смотреть в эти страшные желтые глаза, горящие злом и подчинением…
Но оказалось, что настоятель был не прав. Не мне довелось решать, что делать, а Богу.
В наш монастырь приехала экскурсия из города. Большинство братьев попрятались по кельям, не желая прерывать единения с Господом, а мне, и еще троим младшим братьям, поручили провести гостей по монастырю. Дети, мужчины и женщины самых разных возрастов ходили по храму, саду, любовались видом реки…
Экскурсия приехала из Сольнока, и я думал, что, посмотрев монастырь, они уедут обратно, но они остались ночевать возле реки. Разбили палатки, но, к их чести, не шумели и не мешали нам. Некоторые из них даже пришли в храм на вечернюю молитву.
Я, пожелав последним выходящим из храма гостям спокойной ночи, отправился в свою келью. И уже, ложась спать, услышал тихую музыку. Я встал, посмотрел в окно, но с этой стороны не было видно, горит ли свет возле автобуса и палаток. В коридоре что-то зашуршало, я выглянул и увидел брата Марека, идущего вдоль стены. Брат выглядел как-то странно…
- Марек! – окликнул я его.
Он остановился, неуверенно глядя на меня:
- Винсенту… Винс?
- Ты куда это собрался?
- Не знаю… я тут слышал… думал… музыка…
- Я сам схожу, иди, ложись, ты же вон даже босиком выбежал.
Брат кивнул и, развернувшись, пошел обратно. Я схватил плащ и поспешил к выходу.
Открыв дверь, я удивился – во дворе стоял парень, которого я видел в составе группы.
Увидев меня, подходящего к нему, он удивился:
- Хм, я не звал тебя… Ну да ладно, и ты сойдешь…
За спиной парня возникла красивая девушка:
- Ой, Карл, это мне? Какой хороооошенькииий!
Они двинулись ко мне, но я отступил на шаг:
- Подождите, стойте!
- Ты его не зачаровал? – удивилась девушка.
- Я не его зачаровал, другого. Но пришел он, - огрызнулся парень.
- Вы это о чем? – мне стало не по себе.
- Кто ты такой? – властно спросил парень.
- А вы? – у меня опять начало темнеть в глазах, я глянул на девушку, - вы кто?
- Вампиры, - ответила она.
- Лиза! – возмутился Карл.
Мне стало очень страшно. Если она не шутит… то это…
Мы некоторое время стояли, глядя друг другу в глаза, затем Карл протянул руку:
- Пойдем с нами.
Я замотал головой, отступая еще на шаг. Лиза улыбнулась и стала еще красивее, она также протянула ко мне руку и стала подходить:
- Пойдем, мальчик…
- Стой! Нет! Не подходи ко мне! – воскликнул я.
Девушка тут же остановилась, а Карл удивленно спросил:
- Лиза, ты чего? Взять его!
Девушка стояла, неуверенно посматривая на меня сквозь челку, потом дернулась и отпрыгнула назад:
- Карл! Он меня остановил!
- Ты что, Иной? – зашипел парень, показывая длинные клыки.
- Я не Иной!
Карл тряхнул головой:
- Да кто ты такой, черт бы тебя побрал?!
Я вздрогнул:
- Не смейте… так говорить… в храме Господа!
- Слушай, монашек, - Карл выпрямился, скрестил руки на груди, - мне кажется, нам надо поговорить…
- Говори.
- Здесь? Нет. Пойдем на реку.
И я пошел с ними. Возможно, именно в тот миг Бог сделал выбор за меня. Он послал этих Иных, чтобы проверить мою веру, узнать, силен ли я в любви к Нему…
А я оказался слаб. Господи… не знаю, простишь ли Ты меня…
После разговора с вампирами я не смог устоять соблазну отправиться в город. Настоятель выслушал мою сбивчивую речь, принял мое покаяние и отпустил меня, передав мне свою фамилию и наказав жить в соответствии с Законом Божьим.
Не знаю, сколько раз я нарушал все законы… Не знаю.
В городе я нанялся на работу садовником у каких-то богачей, копил деньги, чтобы суметь получить образование… Будучи послушником в монастыре, я ходил в приходскую школу, но этих знаний мне показалось мало. Я хотел еще и еще. Я был жаден до знаний так же, как мои друзья-вампиры – до крови. Карл и Лиза стали моими проводниками в мир теней, в сумрачный мир, где я понимал, что теряю душу. Я множество раз, глядя, как мои друзья играют с людьми, обещал себе, что вернусь обратно к праведности монастыря… Но начинался новый день, вампиры ложились спать, а я уходил на работу.
День за днем.
Потом Карл предложил мне поехать в Прагу, поступить в университет там. И я согласился. Наша жизнь втроем и так уже достаточно сильно разрушила мои стереотипы о семье, праведности и счастье вообще.
В Праге моя жизнь более-менее устроилась. Найти там работу оказалось проще, чем я думал, и вскоре я уже был студентом. Мне исполнилось восемнадцать лет.
Мои силы Иного больше не проявляли себя, и я жил спокойно.
До того момента, пока однажды мои друзья ни решились вывести меня в город на прогулку втроем.
Клубы, бары, ресторан, какая-то дискотека… Вампиры были беспечны и веселы, а я догадывался, что это только потому, что пока я ловил такси между переездами из бара в ресторан, эти двое убили человека. Я это чувствовал, хотя и не знал наверняка. Но от вампиров веяло могильным холодом…
После дискотеки, когда я уже почти заснул за барной стойкой, и даже Лиза начала уставать, Карл решил ехать домой.
Мы шли мимо собора святого Вита, и Карл сказал, что хочет посмотреть на реку Чертовку, а для этого нам надо идти к Карлову мосту. Лиза еще смеялась, что мост назван в честь вампира…
На мосту все и произошло. Еще на Нерудова у меня появилось странное ощущение, что мы не одни на пустынной улице, но я доверился своим спутникам, у которых чутье явно было лучше моего.
Как только мы перешли Чертовку, на мосту появились люди. Вернее, Иные… Вампиры закричали, Лиза побежала, Карл попытался прыгнуть с моста в воду… Внезапно они оба окутались синим пламенем, после чего я помню все довольно смутно. Серый пепел под моими пальцами терял очертания их тел, вокруг суетились какие-то размытые тени… Потом меня схватили за плечо, встряхнули и я вдруг оказался стоящим перед молодым парнем примерно моих лет с невыносимо высокомерным лицом:
- Ты кто такой?
- Лиза и Карл, они…
- Упокоены, как обычно бывает с вампирами, нарушающими Договор. Я спросил – кто ты такой?
И тут во мне что-то переключилось, я понял, что эти Иные – не такие, как мои друзья, и что я не такой же. Высокомерие этого парня раздражало меня, а суета остальных – вызывала презрительную улыбку.
- Я Иной.
Парень недоуменно прищурился:
- Ты задержан по обвинению в пособничестве вампирам, нарушившим Договор. Поедешь с нами.
А мне, уже сидя в их машине, вспомнились два вроде бы разных разговора. Но они оказались невероятно схожи…

*
- Однажды тебе придется выбирать, сын мой.
- Но я…
- Тебе придется, Винсенту.

*
- Ты не сможешь прятаться бесконечно, Винс.
- Карл, но я…
- И когда тебе придется выбирать… Я знаю, что ты выберешь правильную сторону. Какой бы она ни была. Жди, если ты выберешь, жди. Тебе помогут.

*
И я ждал. Сидя в машине, везущей меня неизвестно куда, я терпеливо ждал, когда же придут те, кто сможет мне помочь. Машина миновала площадь Республики, пропетляла в узких улочках… и вдруг остановилась. Мои сопровождающие вышли на улицу, зазвучали спокойные, полные взаимного уважения голоса. Мы явно с кем-то встретились. Я не старался подслушать, поэтому откинулся на спинку сиденья, полуприкрыв глаза, и внезапно понял, что и те, кто меня поймал, и те, кого мы встретили, раскрашены в разные цвета. И я видел их сквозь собственные веки, сквозь машину… Бирюзовый, багровый, желтый, оранжевый, черный, красный… Было столько цветов, что я запутался. Мои сопровождающие были в основном чистого бирюзового цвета, но во время разговора они окрашивались и в другие цвета… Те, кого мы встретили, имели разные оттенки, но вокруг них был разлит мрак.
Тут меня попросили выйти из машины, я повиновался и оказался лицом к лицу с теми, кто казался мне посланниками Дьявола. Высокого роста мужчина молча смотрел на меня, на вид ему было около тридцати лет, он был одет в деловой костюм, и его глаза сияли, как две драгоценности. Девушка рядом с ним разительно отличалась от него – яркие рыжие волосы, кроваво-красные губы, идеальное тело, затянутое в черную кожу…
- Вы не имеете права, - подал голос тот высокомерный парень, что задержал меня.
- Мы имеем много прав, дозорный, и не тебе нам указывать, - ответил мужчина, цепким взглядом впиваясь мне в лицо, - мы забираем его с собой.
- Но…
- Он наш. А если вы не способны это увидеть, что ж, тогда мне следует поздравить вашего Главу с такими ценными сотрудниками. Либусса…
Девушка подошла ко мне и взяла за руку:
- Пойдем, мальчик…
Колебался я всего мгновение, после чего послушно пошел к их машине.
Думаю, что в тот миг моя жизнь и приняла тот вид, какой у нее есть сейчас.
Меня привезли на набережную, там отвели на второй этаж одного из домов, где усадили в кресло, всунули в руки кружку чая и приказали ждать.
После получаса ожидания в кабинет вошел тот же мужчина, что привез меня сюда. Он сел за стол, покосился в зеркало, после чего повернулся ко мне:
- Меня зовут Адриан, я – начальник оперативного отдела Дневного Дозора Праги. А ты кто?
- Винсенту Каринти, - назвал свое имя я, но дальнейшее представление вызвало у меня некоторое затруднение.
Адриан явно это понял:
- Ты был знаком с Карлом и Лизой?
- Да.
- Где вы познакомились?
- В монастыре Лайоша Каринти, на реке Тиса, это в Венгрии.
- Ты монах? Сын настоятеля?
- Не совсем. Я вырос в монастыре, а настоятель дал мне свою фамилию.
- Светлым ты сказал, что Иной. Почему ты так решил?
Я вкратце рассказал Адриану о произошедшем со мной в детстве. Мужчина слушал меня очень внимательно, после чего еще раз спросил о том, как именно я познакомился с вампирами, затем поинтересовался, что я делал дальше. Я спокойно отвечал на его вопросы, не испытывая никаких отрицательных эмоций по отношению к Адриану. Тогда как я прекрасно помнил свою реакцию на вопросы того парня, убившего моих друзей.
- Мне не удалось вернуть их, - закончил свой рассказ я, - почему?
- Ты слишком мало знаешь о своей силе, о природе магии и о возможностях твоего организма, - задумчиво ответил Адриан, - да, ты поднимал животных из мертвых, подчинял их себе, возвращал им жизнь… Но ты возвращал лишь тела, притом тела, напитанные твоей силой. Как только ты отказывался от них, твоя сила прерывала контакт с мертвыми телами и жизнь их покидала. А чтобы вернуть их к жизни по-настоящему, чтобы они вновь были самими собой, нужно иметь несколько более высокий уровень, чем у тебя сейчас.
- Но, значит, это все же можно сделать?
- Можно. Но все далеко не так просто…
- Можно забрать души из Рая или Ада и вернуть их обратно в тела?
- Я все тебе объясню. Есть два мира, из которых Иные черпают свою силу. Этот, - Адриан обвел рукой комнату, - верхний, и другой, тот, который ты видел, серого цвета. Мы называем его сумраком. Сумрак, хоть и служит нам источником силы, очень опасен. Если долго там оставаться, можно потерять тело, раствориться в сером мире, уйти навсегда. Стать тенью, не имеющей возможности вернуться обратно в мир. Но это касается лишь Иных. Когда мы умираем, наши души попадают в сумрак. Что с ними происходит дальше – я не знаю.
- Для Иных нет Рая?
- Наверное нет. Как и Ада. Ты ведь тоже владеешь силой, Винсенту, как я и многие другие… Я вижу, что ты Темный…
- Я не Темный…
- Темный, - уверенно сказал Адриан, - я живу не одно столетие и научился находить скрытых Иных. Ты ведь не испытывал неприязни к вампирам, с которыми общался, не так ли?
Я покачал головой. Мужчина усмехнулся:
- И ты наверняка почувствовал, что те, кто их убил, тебе чужды.
- Они бирюзового цвета, - сказал я, - а вокруг вас разлит мрак.
Адриан заинтересовался:
- Ты видишь наши ауры?
- Да, если вы поняли, о чем я.
- Очень интересно… И в сумрак ты ходил… И ауры ты видишь, и у тебя очень не плохо получается владеть мертвыми телами…
- Я не сумел вернуть Карла и Лизу.
- От них остался пепел, Винсенту, а чтобы вернуть вампира в виде тела, готового тебе служить… Тебе бы понадобилось быть не меньше второго уровня.
- Что такое Дневной Дозор?
- Вампиры тебе не рассказывали?
- Они пытались, но я отказался. Я не хотел учиться магии…
- А теперь хочешь?
- Да.
- Ты очень странный послушник-монах, думаю, ты знаешь об этом. Ладно, раз ты хочешь учиться магии, да еще и являешься Темным, я займусь тобой. Правда, тут есть множество ограничений. И заверяю тебя, как бы тебе ни хотелось, возвращать мертвых к жизни ты по своему желанию не сможешь. А если все же будешь, поправ законы и Договор, то тебя постигнет та же участь, что и твоих друзей сегодня утром.
- Я готов принять все условия.
И пусть я после этого разговора стал Темным, учеником в Дневном Дозоре, я не считал, что вступил на путь Зла. Святость бывает разная. И порой нужно упасть очень низко, чтобы впоследствии были подарены белые крылья…
Пусть мне, раз я стал Иным, уже не суждено было попасть ни в Рай, ни в Ад, я все же смел надеяться, что сумею там оказаться. Ведь все, что делали мои коллеги, наставники, Адриан и Глава Дневного Дозора – все это было ради всеобщего блага, ради процветания людей, ради их счастья. Не вести людей к власти и величию, но к спасению их души, к всеобщему счастью. И меня это полностью устраивало. Да, методы Темных, подчас, были ужасающими, их действия внушали отвращение и ужас, но с каждым прожитым днем, с каждой успешной операцией всеобщее счастье приближалось. Я верил в это так же, как верил в то, что не стану после смерти простой тенью в сумраке, а моя душа вознесется на Небеса, и предстанет перед Судом. Таким же справедливым, как те, кто хранит Великий Договор.
Как некромант, я не мог пользоваться своей силой (по Договору некромантия была запрещена), поэтому изучал основы боевой магии, а также исследовал заклинания своей специальности, преобразовывая их, изменяя и трансформируя в очень удачные новые наработки. Мои исследования шли дальше, утверждались или наоборот, исчезали в небытии, мне нравилась такая жизнь. Я понимал, что не смог бы быть в Ночном Дозоре слишком долгое время. Я чувствовал смерть и любые ее проявления, часть заклинаний срабатывала у меня на простой интуиции.
Адриан дал мне допуск в хранилище артефактов и амулетов Дозора, и это поистине была сокровищница. Там я нашел много амулетов, созданных на основе магии смерти, магии некромантов.
Вампиры в Дозоре меня обожали, и, хоть и любили подшутить, всегда готовы были слушаться. Адриан говорил, что это моя вполне нормальная власть над мертвыми, но я так не считал, хотя и допускал, что магия могла влиять на вампиров. Но только на тела, а не разум… Впрочем, о мире магии я знал слишком мало, чтобы делать столь поспешные выводы.
Так прошло много времени.
Я стал скучать, мне отчаянно не хватало чего-то, я понимал, что скоро покроюсь пылью и пущу корни прямо на рабочем месте. Мой уровень был очень не велик, поэтому на операции меня не брали, я сидел на бумажной работе, числясь аналитиком, хотя именно я улучшил несколько боевых заклинаний, да еще и показал их на практике… Адриан говорил, что я ленив и бестолков, что могу стать Великим магом, если соизволю встать со стула и пойти в патруль…
В патруль я ходил. Это ненадолго освежило мои чувства, после чего тоска с новой силой навалилась на меня. Я был молод, но уже одной ногой стоял в могиле из-за своей некромантской сути.
И однажды ночью Адриан пришел ко мне домой, швырнул на стол стопку бумаг, приказал прочесть все и уселся на диван. Я прочел все, что он принес, после чего недоуменно уставился на мага:
- И что это значит?
- Ведиславль, как ты прочитал, вновь возник на картах мира. Славный древний город в России.
Я скептически хмыкнул.
- Славный город, - жестко и твердо повторил маг, - хочешь поехать туда?
Я задумался. В самом начале я хотел отказаться сразу же, но потом заставил себя действовать не на эмоциях, а по четким размышлениям. Я понял, что этот город заинтересовал меня, и достаточно сильно.
- Разве меня туда пустят?
- Разумеется пустят, особенно если они не захотят упустить некроманта, которые вообще-то ценны для мира Иных. Впрочем, приедешь – узнаешь все на месте. Если не возьмут… Что ж, решишь, что делать дальше. Ты вполне еще можешь вернуться в Венгрию, проведать свой монастырь…
- Я еду в Ведиславль.
- Отлично. Завтра получишь увольнительную, деньги и…
- И?
- Я буду скучать, Винс. Ты мне стал хорошим другом, не смотря на то, что нас разделяют столетия и уровни.
На следующее же утро я получил все необходимое, собрал вещи, попрощался с друзьями и отправился в аэропорт.
Я надеялся, что в древнем городе сохранилась церковь, в которой я мог бы молиться.

Сообщение отредактировал Винсенту - 24.5.2008, 11:27